Читаем без скачивания Милая чаровница [Милая колдунья] - Барбара Картленд

– Сегодня, в доме Салема, – ответила За­рия. – Шейх должен прийти туда.

– Ставлю тысячу долларов к десяти центам, что он там не появится, – сказал Чак. – Инте­ресно посмотреть, что произойдет.

– Нам вряд ли удастся попасть туда, – заме­тила Зария. – Мы, очевидно, здесь пленники.

– Ну, я-то найду способ, – ответил Чак. – Кстати, я прекрасный пловец.

– Вы собираетесь уйти и оставить меня здесь одну? – забеспокоилась Зария. Он взял обе ее руки в свои.

– Я обещаю вам, – сказал он, – что никогда не оставлю вас одну, по крайней мере, на дол­гое время. И я не бросаю своих обещаний на ве­тер, если вы знаете.

– Да, теперь я спокойна, – облегченно вздох­нула она. – Я не боюсь никого рядом с вами.

– Так вот зачем я вам нужен? – спросил Чак. – В качестве сильной, вооруженной до зу­бов няньки! Это единственная причина?

Она поспешно отвернулась. Если бы только она могла сказать ему правду! Если бы только могла признаться, что у нее есть тысяча причин на это, что каждое проведенное с ним мгнове­ние доставляет ей радость!

Зария униженно подумала, что она – лишь незначительный, случайный эпизод в его жизни и не должна слишком сильно цепляться за него.

Он наблюдал за выражением ее лица, за про­филем, четко вырисовывающимся на деревян­ной обшивке каюты, за внезапно опустивши­мися губами.

– Вы очень ранимы, – неожиданно произнес он. – Нужно, чтобы с вами рядом был тот, кто будет постоянно заботиться о вас.

– Все не так просто, – ответила она. – Я ос­талась совсем одна.

– У вас нет родственников? – спросил он.

– Нет, насколько мне это известно, – отве­тила она.

– Значит, никто не забьет тревогу в случае ва­шего исчезновения, – задумчиво проговорил он. – Бога ради, не говорите об этом Эди.

– Что вы хотите этим сказать? – Она широко раскрыла глаза.

– Ничего, – ответил он. – Но воздержитесь от любых разговоров с этой бандой.

– Я и не собираюсь ни о чем разговаривать с ними, – ответила она.

– Милая маленькая Зария! – мягко произнес он. – Вы такая маленькая и хрупкая. Я боюсь, что своим прикосновением могу ранить вас, и все же у меня такое впечатление, что вы очень храбрая, что вы смелее, чем сотни из тех, кого я знаю.

– Вы ошибаетесь, – ответила она. – Я – ужасная трусиха. Я боюсь посмотреть в глаза фактам. Я не могу ни на что решиться. Сказать по правде, я неудачница и всегда ею останусь.

– Кто вам сказал такую глупость? – мягко улыбнулся он и спокойно добавил: – В наше время странно слышать, как женщина прини­жает себя вместо того, чтобы возносить. Глав­ная беда американок в том, что они хотят продать себя слишком дорого. Вы так непохо­жи на них…

– Мне бы хотелось измениться, – страстно ответила Зария. – Я хочу быть как все. Хочу быть уверенной в себе, в том, что мир сущест­вует лишь ради моего удовольствия. Но мне ни­когда, никогда не удастся так думать.

Ее голос прервался. Все несчастья ее про­шлой жизни вдруг обрушились на нее.

Когда она повернулась к Чаку с полными слез глазами, он снял очки и посмотрел на нее с та­кой нежностью, которую она никогда не пред­полагала увидеть ни на чьем обращенном к ней лице.

– Когда-нибудь я докажу вам, что в жизни есть место радости, – мягко произнес он – Сейчас же нам надо подумать, как выбраться из этой истории максимально безболезненно.

– Вы имеете в виду… – начала понимать Зария. – Ровным счетом ничего, – ответил он. – Просто принимайте вещи такими, каковы они есть. Повторяю, у вас есть мужество. Я уверен в этом и потому полагаюсь на вас. Вы же не подведете меня?

– Я сделаю все, что смогу, – ответила Зария. Он внезапно поднес ее руку к губам.

– Это все, о чем я могу просить вас. Ваши возможности гораздо больше, чем чьи бы то ни было.

Он встал и помог ей подняться.

– Пойдемте посмотрим на мои приобрете­ния, – сказал он. – Будьте осторожны и не го­ворите ничего, что может быть неверно понято теми, кто нас подслушивает.

Он все еще держал ее за руку. Некоторое время она молча смотрела на него. В каюте было очень тихо. Слышались только мягкие удары волн о борта да издалека, с набереж­ной, доносились гомон и шум. Это в море от­правлялся корабль. Ничто, кроме этого, не нарушало воцарившейся тишины.

Зария встретилась взглядом с глазами Чака. Внезапно ей показалось, что между ними про­исходит нечто необыкновенно важное. У нее перехватило дыхание, по телу пробежал огонь. Она чувствовала, что ей никуда не скрыться от холодных серых глаз Чака, которые словно околдовали ее.

Зария затрепетала: вот сейчас он поцелует ее. Однако физический контакт был почти излишен. Между ними установилась такая близость, словно они стали единым целым. Но когда она уже готова была сделать шаг на­встречу ему и, оказавшись в его объятиях, ощу­тить на своих губах вкус его поцелуя, позади них раздались грохот и шум. Это мадам Бертин громко призывала Эди.

Послышался шум торопливых тяжелых шагов по палубе, где-то хлопнули двери и раздались сердитые возгласы. Их единство было нарушено. Зария стыдливо повернулась к двери. Чак молча открыл ее, и они вышли. С палубы в коридор доносились сердитые, возмущенные голоса.

– Что-то случилось, – заметил Чак.

– Может быть, это из-за магазина, – сказала Зария. – Он рисовался ей слишком прекрас­ным. По-видимому, ее постигло разочарова­ние.

– Кажется, она не стесняется в выражениях и ругает Эди на чем свет стоит, – улыбнулся Чак, когда резкий, визгливый голос мадам Бертин достиг их ушей.

– Неслыханно! Негодяй! Дурак! Идиот! Как ты осмелился предположить, что я опущусь до подобного места? – кричала мадам Бертин. Эди не оставался в долгу. Судя по голосам, к ним присоединились Виктор и Кейт.

– Когда у жуликов разлад, честным людям хорошо живется, – прошептал было Чак на ухо Зарии, но вдруг они оба замерли. Дверь в его каюту, которая находилась на несколько ярдов дальше по коридору, была распахнута. Через нее были видны два французских жандарма которые стояли возле туалетного столика и смотрели в его открытый ящик.

Они быстро подняли головы и заметили Чака с Зарией. Один из них, старший по званию, вы­ступил вперед.

– Вы – мосье Танер? – спросил он по-фран­цузски.

– Да, – настороженно ответил Чак на том же языке. Зария видела, что он не меньше, чем она сама, удивлен появлением полиции.

Каюта, очевидно, подверглась обыску. По­всюду была разбросана одежда, гардероб от­крыт, постель перевернута. Нетрудно было уга­дать, что привлекло внимание жандармов, – три узких плоских коробки из-под сигарет.

– Что вы здесь ищете? – спросил Чак.

Не успел он закончить фразы, как жандарм ответил: